12+

Как с помощью соцсетей превратить избирателей в друзей?

19 апреля 2017

Социальные сети для политика - один из современных способов работы с избирателями. За последние несколько лет появилось немало научных статей и трактатов о влиянии политических лидеров на массы с помощью личных блогов. Тем не менее, многие представители законодательной власти Санкт-Петербурга и Ленобласти остаются довольно консервативными в этом вопросе.

В гостях программы «Гражданин и закон» побывал депутат Законодательного собрания Ленобласти Владимир Петров, который, что называется, находится на передовой борьбы за «лайки» избирателя в соцсетях. Как эпатажное поведение влияет на продвижение законопроектов? Что нужно, чтобы из консерватора превратиться в либерала и «открыться» для соцсетей? И как использовать рост аудитории в свою пользу?

- Владимир Станиславович, наверное, в областном парламенте вы один из немногих, кто так активно присутствует в медиа-пространстве и использует социальные сети для коммуникации. Как эпатажные выходки и своеобразная подача новостей помогают продвижению законопроектов и работе с избирателям?

Для общения с населением я использую все подручные средства и все площадки. Но с моими избирателями, а это жители Сланцевского района, я предпочитаю общаться лично, потому что их у меня все-таки больше, чем подписчиков в соцсетях. Как ни странно, мои посты на тему жизни Сланцевского района оказались не слишком интересны даже самим жителям этого района: их больше интересует что в холодильнике, что в телевизоре, что в кошельке. И вот эта борьба между телевизором и холодильником, она, к сожалению, а может и слава богу, смещается в сторону холодильника.

Насчет «выходок», я бы их так не назвал. Во все проводимые акции я вкладывал определенный смысл. Взять, к примеру, попытку прокормить поросят на прожиточный минимум: если поросенок дохнет от такой жизни, значит, наверное, минимальный размер оплаты труда у нас не достаточный для нормальной жизни.

Я считаю, что сегодняшняя формула успешной работы со СМИ связана с соцсетями. Самые прогрессивные медиа смотрят, как реагируют соцсети и пользователи на те или иные новости. А потому, если вы хотите преподнести какую-то информацию, надо подумать, как завернуть ее в медиа-аппетитную обертку. Может конфетка внутри окажется не такой вкусной, но обертка должна быть яркой, доступной, понятной.

Мы делаем общее дело с журналистами: я стараюсь создать хоть какую-то повестку, но без журналистов не смогу донести эту повестку до населения. Поэтому не понимаю тех политиков, которые не общаются с журналистами, или защищаются от них жестким фильтром пресс-службы.

- В 2015 году экс-депутат Госдумы Александр Тарнавский в одном из интервью сказал, что «Эпатажность — это не стиль работы фракции «Единая Россия». Согласны ли вы с таким утверждением?

Еще раз повторю, сегодняшняя система работы масс-медиа диктует определенную формулу подачи информации. И существует два пути: либо дорасти до статуса губернатора, либо стараться донести свои мысли до СМИ по-другому, например, через соцсети.

Однажды я с разницей в сутки запустил две новости. Первая – по всем параметрам серьезная: я предложил хоронить людей, не доживших до пенсионного возраста за счет Пенсионного фонда. Это логично, граждане всю жизнь отдавали часть зарплаты в счет пенсии, но воспользоваться этими деньгами уже не смогут. Эта новость получила ровно 1 репост. На следующий день я предложил включить книги о Гарри Поттере в школьную программу. Охват поста был примерно 130 или 140 репостов. Видимо серьезные темы не очень подходят для соцсетей.

- Возвращаясь к вашим эпатажным акциям, например, бумажной фигуре на заседании ЗакСа и леденцам с изображением вице-губернатора Кучерявого. Какова цель подобных перфомансов?

Я бы не назвал эти события акциями. Я выполнял прямую депутатскую работу, в чем она заключается? Общаться с избирателями, формировать законопроекты, заниматься законотворчеством и самое главное – информировать общественность о своей деятельности в части законотворчества идей и инициатив.

Это просто один из способов, как с регионального уровня можно выйти с федеральной инициативой через СМИ. Моя задача, как мне кажется, выискивать определенные пробелы в законодательстве, которые касаются большого количества людей, и пытаться нестандартным образом вывести их на широкую площадку общественного обсуждения. Исходя из моего опыта, только широкий резонанс позволяет не только обсудить проблему, но и найти пути решения.

- Депутат Виталий Милонов внес в Госдуму разработанный вами законопроект о запрете доступа к соцсетям детей младше 14 лет. Однако министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров считает, что на практике проект малореализуем. Почему вообще возникла идея такого законопроекта и как, по вашему мнению, ее можно реализовать?

Представьте себя на месте матери 13-летнего ребенка. Если к нему на улице подойдет человек и предложит приобрести курительные смеси или купить несколько литров спирта, или такой человек позвонит по телефону, как вы отреагируете? Наверняка сдадите его в полицию, да и сам ребенок испугается незнакомца. Но при этом подобную информацию нетрудно найти в соцсетях, в том же «ВКонтакте». И  нахождение там ребенка никто не контролирует.

Законопроект предусматривает запрет на неконтролируемое интерактивное общение для детей младше 14 лет и ответственность взрослых за общение детей в соцсетях. И мне удивительна позиция представителей «ВКонтакте» по этому вопросу, которые яро раскритиковали проект закона, при том, что он на 80 процентов совпадает с пользовательским соглашением соцсети.

Насчет реализации закона на практике, в частности функции регистрации по паспорту, я считаю, что это возможно. Поскольку большую часть механической работы можно делать с помощью техники и специальных программ и только в крайнем случае использовать труд человека.

- Также вы хотите запретить в России «черную магию». Вспомните законопроект «Об оккультно-магической деятельности на территории Российской Федерации» в котором подразумевается, что гадалки и маги не смогут свободно заниматься незаконным предпринимательством за счет суеверного населения. Им нужно будет получать лицензии, и отвечать за качество своих услуг. Что сподвигло вас стать  инициатором  такого закона? Действительно ли маги и колдуны главное зло нашей страны?

В России есть такое явление как продажа оккультных и магических услуг. Сейчас народные целители должны получать разрешение в соответствующих органах субъектов РФ. А контроля за этим явлением, как и регулирующих законов, нет. Если сферу регулировать, любой маг может публиковать в СМИ объявления любого характера, например «Приворожу к вам Георгия Полтавченко или Александра Дрозденко». Законопроект – своего рода толчок, чтобы государство выразило свое отношение к проблеме. Либо оно говорит «да, рекламировать услуги можно, но в таком то виде», либо «нет, магия запрещена». А вставать в позицию страуса, засовывая голову в песок, пока сотни тысяч граждан отдают свои средства аферистам и жуликам, не годится.

- Владимир Станиславович, вы обратились к главе Минобрнауки Ольге Васильевой с предложением заменить психологов в российских школах педагогами по политическому образованию. Почему вы считаете, что институт школьных психологов необходимо упразднить? 

Первая проблема в том, что сейчас школьные психологи никому не подчиняются, а значит, их никто не контролирует. Часть из них «оказывает психологические услуги», часть – занимается преподаванием. К сожалению, их работу измеряют не по качеству, а по количеству оказанных услуг.

Вторая проблема, которую я поднял в этом законопроекте, - современная школа только учит, а не воспитывает. Чтобы бороться с синими китами надо психологов не в школах держать, а запустить на те интернет-площадки, где сидит молодежь, чтобы они заходили в друзья к подросткам, общались с ними на стене и в переписке под своими настоящими именами. И когда это станет массовым явлением, тогда психологи действительно смогут быть ответом на этот «естественный отбор» в сети.

- Вы в прошлом крупный бизнесмен, сейчас известный политик. Большинство политиков и предпринимателей довольно консервативны. Когда и как вы «созрели» для того, чтобы вести такую активную деятельность в социальных сетях? Почему выбрали для себя именно медийный путь?

В политику я пришел в 2009 году, сразу после кризиса 2008 года, решил попробовать, получилось, было не остановиться. Стал региональным спикером партии «Единая Россия». Но в 2012 году ситуация изменилась, фактически я для всех умер как политик. Но не смотря на то, что меня похоронили, я решил вернуться и двигаться достаточно непростым путем – через соцсети. Так я опять вышел на политическую арену, как минимум, Петербурга и Ленобласти.

- В вашей новостной ленте можно найти не только ссылки с вашими выступлениями, но также комментарии к федеральным и городским инициативам и событиям. У вас стремительно растет количество подписчиков. В скором времени ваша личная аудитория будет значительно выше аудитории среднего СМИ Ленинградской области, как вы планируете это использовать?

В моем понимании у меня очевидный провал по соцсетям, потому что есть видео блогеры, у которых пот по 5-7 млн подписчиков. Есть телеграм-каналы, которые читают 30-40 тысяч человек. Так что, места чтобы развиваться более чем достаточно. Но я не могу целиком отдать себя этому направлению. Быть может, в 2021 году сложу полномочия и смогу переключиться с депутатства на ведение соцсетей, стану блогером или ньюсмейкером. А пока же планирую поработать на своей стезе, как депутат ЗакСобрания или депутат какого-то другого уровня. 

Войдите на сайт, чтобы оставить комментарий:

E-mail
Пароль
Регистрация